Чердак домика (весна, лес, птички поют, ремни скрипят, пулемёт тарахтит где-то), свет струится через выломанное в крыше отверстие, тепло, хорошо. "Тут не хватает только шезлонга, бутылки мартини и термоса со льдом. И можно лениво отстреливаться с высоты по кустам..."
Из ущерба: один клещ и одна царапина, нанесённая вражеской ёлкой.
Какая же это война?
@настроение:
эх... хорошо отдохнули, мало поприключались
.Нетрудная кажется вещь Роскошную эту равнину Верхом не спеша пересечь Но нам, к сожеленью, известно Как ястребы рвутся с цепи Как до смерти может быть тесно И в самой бескрайней степи." (с)
Понятно, что весна гуляет в голове не у меня одной. Страстно хотелось движения, полёта, а мы всё шагали по талой грязи в лесу. А я и рысью-то не очень ловко катаюсь, и с осени не была в седле. Как только выехали в поля - кони почуяли волю. Ральф подстегнул своего красвца и умчал вдаль. Остальные парни стали фыркать и задираться. Мы с Ласточкой аккуратно отошли в сторонку, как умный кентавр умные девочки. В целом всё шло нормально, но по поведению лошади было видно, что у неё есть свои соображения насчёт прогулки. Спустились с горки, сделали остановку в ожидании носящегося где-то "чёрного всадника". Вереск снова попытался "высказаться" (известный буян и хитрюга, даром что ишак, не удивлюсь, если он и подговорил)... и вдруг моя дама развернулась и пошла в обратном направлении. Я поняла, что намечается интересное. В две секунды мы вылетели в галоп и таким аллюром прошли всю горку. Неожиданно, конечно, но приятно и чертовски весело. Остановились, глубоко дыша в унисон, пока за нами не приехал Поль.
Лёша говорит: - А ты неплохо держишься в галопе. Думал, сама... - Ну вообще-то, это была её идея. Мне просто пришлось согласиться. ))
"Женщину теряешь так же, как теряешь свой батальон: из-за ошибки в расчетах, приказа, который невыполним, и немыслимо тяжелых условий. И еще - из-за собственного скотства". (с)
Мне привезли кусочек солнца и ветра из Иордании и куфию из Египта. После 12 долго гуляла по ночным улицам одна - слишком не хотелось домой, слишкомвесна. Ванильная кола с ванильным пуддингом, а самое сильное желание в этот момент - море... песчаный, жаркий берег моря, сумерки. И если в этом году моря у меня не будет, миру придётся перевернуться.. ))
- Привет. - Ты послал смс-ку… - Думал, ты уже спишь, хотел пожелать спокойной ночи. - А я как раз собиралась у тебя спросить: если... - Солнце, что у тебя случилось? Я скоро приеду. (правильно, сама себя выдала) - Не надо. Давай просто поболтаем. - Я приеду.
Ровно к моменту звонка я уже одета (штаны с карманами на коленях – для бродяги) и спускаюсь вниз. Сначала даже не хочется залезать в салон - дайте подышать холодным воздухом. Но я ныряю внутрь, и вскоре серое (зимой все машины серы ) Рено трогается в путь - пока ещё не известно, насколько далёкий. Мы останавливаемся у "Престона". Покупаем бутылку вермута и огромную ароматическую свечу с целыми тремя фитилями.
- Так куда? - Чёрт с ним! Поехали на Минское Море. - Как скажете, капитан.
Тормозим на заправке. 2:22 и 2 градуса по Цельсию за бортом и 20 внутри салона. "Опять скрипит потёртое седло, и ветер холодит былую рану. куда вас, сударь, к чёрту занесло? Неужто вам покой не по карману..." Подпеваем во весь голос и едем по пустынной трассе. И уже снова ничего не имеет значения. Как вообще можно думать о грустном, если прекрасно знаешь, что в твоей жизни периодически случаются такие моменты. Поворачиваем, какое-то время петляем вдоль разных строений. Дальше дорога ныряет под знак "кирпич". И мы, игнорируя запрет, продолжаем путь. В конце концов останавливаемся на краю большой белой равнины, и меня пытаются убедить, что это и есть Минское море. - Пойдём гулять? - Как? Там же лёд? 2 градуса тепла. - Врёт он всё. Около минус пяти. И мы бредём вперёд. Противоположный берег окружают фонари. И всё вокруг кажется гигантской сценой. Небо над головой похоже на декорацию. И снег-лёд под ногами тоже... Куда-то вдаль тянется странный след: две параллельные линии. Очень похожие на трамвайные рельсы. Что ещё больше создаёт ощущение действия какой-то фантастической пьесы. За спиной лес и дорога. А мы стоим на самом деле посреди Минского моря, как крестоносцы на Чудском озере. Главные и единственые действующие лица. Я что-то пою, глядя вперёд, думаю о невидимых зрителях и глотаю мартини "Rosato" прямо из бутылки, сладкий вкус остаётся на губах. И мне абсолютно не холодно и очень не хочется возвращаться…
Ещё припоминаю, как стояли на мосту в Заславле, и я пыталась выяснить, что за река течёт под нами... Но, кажется, это было в прошлый раз. Правда, не помню. Хотя... Это было во сне. Да, точно, в одном из моих снов очень давно. Реальность продолжает искажаться и ничего тут уже не поделаешь.
Где-то около пяти я оказываюсь дома… Всё прекрасно. Просто город на меня давит.
"- МНЕ НРАВИТСЯ ВЫРАЖЕНИЕ ИХ ЛИЦ... - То есть смесь страха, восторга и непонимания того, что нужно делать: плакать, смеяться или писать в штаны? - ДА. ИМЕННО ЭТО Я И НАЗЫВАЮ ИСТИННОЙ ВЕРОЙ." (с)
Сразу предупреждаю, эта серия не отличается ни наличием вкуса, ни красотой, ни эстетикой, ни чувством юмора... Шо было. (Зато немножко заметен тот "бамбук", который мы "курили" во вторую ночь)
Маскарад Если вы думаете, что перед вами милая девушка из клана Тореадор, вы ошибаетесь. Это - юноша гару.
я с вами соглашусь: погода и мир вокруг выглядят на редкость мерзко. Мне хочется сказать "разбудите в конце декабря" и заснуть. Сны нынче весьма тёплые и приятные на ощупь. И даже в автобусе я с удовольствием закрываю глаза и с абсолютно прямой осанкой отключаюсь от реальности до своей остановки. [Но мне нравится вставать в семь и в девять быть в университете. Мне нравится мой факультет с его специфическим мировоззрением и отношением к жизни, которое неизменно проскальзывает в каждом его обитателе. Мне нравится моя группа немножко одинаковых зверьков-компьютерщиков, которые даже если и различаются по половому признаку, то внешние характеристики всё равно выдают принадлежность к одному подвиду "радиофизикус информатика". И это не мешает мне мечтать закончить аспирантуру истфака, а потом поступить учиться куда-нибудь в Питер на режиссёра кино.] Реальность раздражает. Даже мягкие тигры на кровати неулыбчивы и излишне сосредоточены на чём-то. Батареи греют слишком сильно. Вокруг Стоунхенджа по-прежнему зелёная трава, а ощущение магичности мира не хочет возвращаться ни под каким предлогом, хотя осень уже заканчивается. Из засоленного на днях лосося никак не получается сяке, и не получается дописать и сдать работы ещё за прошлый семестр, и наверное, так будет до тех пор, пока кто-нибудь не пообещает мне за это денехдать. =)
Бредя по этому прекрасному вообщем-то городу, месим ногами талую грязь, только её и замечая... и так же в моём сознании, я, перелистывая, пожалуй, действительно счастливые последние годы своей жизни, понимаю, что большую часть приходящих сейчас в голову эпизодов вспоминать абсолютно не хочется, до того гадко всё. Прав ты был Братец, как всегда прав, трудно оно... не тяжело, не сложно, не невозможно, а именно трудно. Для того, кто хочет абсолютного счастья, абсолютной любви и абсолютной свободы, этот мир либо слишком велик либо, наоборот, слишком конечен и линеен.
Не то, чтобы мне зверски понравилось... просто... это была игра с самой собой.. на откуп, на отыгрыш, на честность... где ставка: собственные внутренние стереотипы vs желания, личное "ни за что" и " а я бы так никогда не сделала". Вообщем, боролась я за чистоту и нравственность... но меня удалось перевоспитать.
*** Где канкан, я вас спрашиваю?? Чёрт, здесь театр в первую очередь, а не то, за чем все ходят.
*** За весь мой ролевой стаж: как показывало мнение общественности, лучшие из моих прикидов (вызвавшие наибольшее одобрение)... это те, где одежды было по минимуму. Нда..
*** Эх, люблю я всё-таки павильёнки, балы и пр. Как-то давно их в жизни не было. Поняла, что не хватало.
*** "- Мода рождается здесь, в Мулен Руже. Вот увидите, пройдёт время, и женщины захотят одеваться как мы..."
"Где же я тогда была, как жила все это время? Наступили дни мои на стеклянную траву. Ворох листьев наотрез разлетелся между теми, кто уверен, что они знают правду обо мне сквозь листву,
что осыпалась тогда с ослепительной рябины, и с березы у окна, и у клена над ручьем. Ярким пламенем огня, языком неугасимым шорох листьев не молчит над моею головой каждым днем.
Где и краски, как не здесь, где и сгинуть, как не в осень! На начало ноября души листьев над землей. Не коснется их зима, вихри листьев вдаль уносят всех, метнувшихся в костер, всех, вступивших в хоровод, оставляя золой.
В вихре пламени листвы, в огнерыжем лисьем танце, в вечных странствиях листа, в буром, рдяном, золотом, осеняя по пути крыши, башни, колыбели,.. Когда буду улетать, на прощание махну тебе крылом." (с)
За что я люблю Самайн? Что случилось тогда в Самайн, когда действительно грань была тонка? Самайн длится семь дней: три до и три после 31 октября. Скажи Хэллоуин - и сразу возникает образ неизменной улыбчивой тыквы, молодёжь, ряженая под ведьм, упырей и прочую нечисть, шумные толпы, смех и шутливые завывания. Хэллоу!
Произнеси Самхэйн - и услышишь шорох листьев, шёпот духов и как тихо-тихо открываются врата. Услышишь песню сидов где-то вдалеке, увидишь в тумане очертания... Дни безвременья. Нет ни вчера ни завтра. Всё, что было, не было по-настоящему. Всё повторится. Стой на перекрёстке в самом центре дорог и не сверни к огонькам, они опасны.
Самайн ещё не закончился - будь осторожен. И не верь ни чему.
Традиционно принято в ночь Самхейна выставлять тарелку с едой для умерших душ на улицу. Горящая свеча на окне указывает им путь в страну вечного лета, а зарытые в землю яблоки — их пища в этом путешествии. Пища — свекла, турнепс, яблоки, кукуруза, орехи, имбирный хлеб, сидр, подогретое пряное вино, блюда из тыквы и, может быть, мясные блюда (если вы не вегетарианец).
Обратите внимание - это канун, а не сам День Всех Святых. Вот потому-то всякая нечистая сила и ведет в Хэллоуин слишком активный образ жизни, прекрасно понимая, что вот придет День Всех Святых, и особо тогда не разойдешься.
Отметить Хэллоуин неплохо одной ирландской легендой, которая поясняет, откуда пошел обычай зажигать свечку внутри полой тыквы. А дело было так. Жил-был парень по имени Стинги Джек. Это в переводе что-то .типа "сообразительный малый". И вот однажды этот малый повстречался с самим дьяволом. Однако он не испугался и пригласил сатану выпить с ним кружечку пива. Придя в паб, то бишь в пивную, он уговорил дьявола превратиться в монету, чтобы им было чем заплатить за пиво. А потом, мол, ты превратишься назад, и мы это пивко дружно и выпьем. Сатана недолго думая взял да и обернулся монетой. А Стинги Джек, также недолго думая, взял да и положил эту монету в карман рядом с серебряным крестом. А, как известно, крест для дьявола просто смерть. Во всяком случае, все свои потусторонние силы он теряет. Так что дьявол не смог превратиться назад и начал уговаривать Джека освободить его. А Джек ему говорит: "Я тебя освобожу, но с одним условием. Ты приставать ко мне не будешь, душу мою оставишь в покое и, когда я умру, в ад меня не потащишь". Сказано - сделано. Живет себе Джек, не тужит - и вдруг помирает. Приходит он к вратам рая и просит впустить. А его не пускают. Мол, ты с дьяволом сделки совершал, а теперь в рай хочешь. Иди себе... к дьяволу. Делать нечего, пошел. Приходит, а тот ему говорит: ты с меня обещание взял, что не буду я тебя в ад забирать. Вот и иди теперь куда знаешь. А ночь, темно, куда идти, не видно, и выпросил Джек у сатаны горящий уголек, чтобы путь себе освещать. А поскольку в руках уголь держать не рекомендуется, соорудил себе из репы лампу - вырезал сердцевину, прорезал дырочки и положил туда уголек, Так и ходит теперь неприкаянный, угольком светит. Его ирландцы так и зовут - "Джек с лампой". А поскольку Хэллоуин - это время тех, кто вот так неприкаянно по земле ходит, т.е. привидения, духи и прочие потусторонние существа, то и отмечать его ирландцы начали со свечкой, поставленной в полую репу. А когда открыли Америку и жители Ирландии в большом количестве туда отправились, там они обнаружили тыкву. Предмет куда более сподручный для изготовления подобных светильников.
Кельтский год начинался с зимы – Ан Геамрадх, – и заканчивался сезоном сбора урожая – Ам Фогхар. Праздник Шамхэйн отмечал как начало нового года, так и наступление зимы. Поскольку день кельтов начинался после захода солнца, то фактически новый год наступал вечером 31 октября. В старину канун кельтского нового года назывался Ойдхше Шамхна, и считался самым важным днем в году. Жители деревень собирались вместе и делились лучшей частью осеннего урожая, а также забивали скот для пиршества. Гвоздем кельтской новогодней программы был огромный костер. Кельты использовали кости забитых животных для того, чтобы делать факелы, с помощью которых каждый житель деревни приносил в свой домашний очаг новогодний огонь. Кельты верили, что 31 октября является особым днем. Они считали, что в это день во времени образуется дыра, поскольку со старым годом уходит старый мир, а новый мир еще не пришел. В Ойдхше Шамхна могли оживать мертвые, а также происходить прочие чудеса. Поэтому в этот день древние кельты проявляли особое внимание к памяти предков, и также совершали различные магические ритуалы, чтобы их задобрить. Почившим в бозе родственникам ставили дополнительные приборы за столом, и накладывали лучшие куски. Двери и окна домов, где имелись умершие родственники, оставались открытыми, чтобы мертвые могли беспрепятственно вернуться. Но также была опасность, что в дом зайдут злые духи, и, чтобы избежать встречи с ними, кельты чертили изображения духов-хранителей на тыквах, которые потом помещали на видное место, чтобы злые духи не могли зайти в охраняемый таким образом дом. Эти традиции можно наблюдать сегодня во время празднования Хэллоуина 31 октября. На новый год у кельтов был обычай меняться одеждой. Молодые люди наряжались девушками, а юные леди примеряли на себя мужские костюмы. Кельты считали, что разрыв во времени не только создает некую странную связь между мирами живых и мертвых, но и смещает структуру общества. В этот день было также принято гадать на фундуке, чтобы определить судьбу на будущий год. В представлении кельтов год был своеобразным соревнованием между богом зимы и богом лета за право обладания богиней земли. В мае во время празднования Лата Будхе Беаллтэна традиционно праздновалась победа бога лета, а Шимхэйн считался победой бога зимы.
На плоском блюде рисуют колесо с 8 спицами (по часовой стрелке). Это символ бесконечности. - Вспоминают близких; - Зажигают 8 свечей по периметру колеса и кадильницу; - Призывают Богиню и Бога; - Взять гранат, вырезать кусок и положить зерна на круг. Взять жезл и произнести:
Этой ночью, в Самайн, Я отмечаю Твой путь, О Солнечный Король, путь на закат. В страну вечной молодости Я отмечаю путь всех кто ушел и всех кто придет. О, Прекрасная Богиня, Вечная Мать. Та, кто дает рождение покойным Научи меня, где во время великой тьмы Отыскать мне великий свет!
Зерна граната раздавить зубами. Ощутить вкус. Посмотреть на колесо, зажечь свечу и сказать:
Мудрейшая Повелительница ущербной Луны, Богиня звездной ночи Я зажег это пламя, чтобы изменить то, что мучает меня. Поверни силы вспять, От темноты к свету! От смерти к жизни!
Зажечь заранее приготовленную записку, в которой написано красными чернилами то, от чего вы хотите избавиться (болезни, качество характера, привычки, невзгоды, ситуации, то, что хотите изменить и т.д. и т.п.), оставить в уходящем году. Положить горящую записку в специальную плошку (котел) на Алтаре и пока она догорает, представить, как сгорает то, от чего вы избавляетесь во Вселенском пламени.
(Конечно, это все придумка Скотта Канингэма... но почему бы не попробовать)
Если хотите — можете гадать по магическому кристаллу или применить другие формы гадания, ибо это наилучшее время для того, чтобы заглянуть в прошлое или будущее. Постарайтесь вызвать духов умерших, относясь к их смерти спокойно. Уважайте их память, иначе не следует их вызывать. Освободитесь от боли и страдания, глядя на пламя котла.
Многие колдуны в ночь на Самайн пытаются связаться со своими умершими предками и друзьями, но мне эти попытки кажутся странными, ведь мы принимаем учение о реинкарнации. Душа человека, которого мы хорошо знали, теперь, возможно, уже вселилась в другое тело, и связь с ней будет очень трудной, если не невозможной. (Особенно, если прошло достаточно много времени со времени смерти.) Поэтому все же, лучше помнить их с миром и любовью, а не призывать их души. Работайте с магией, если это необходимо. Отпразднуйте Угощение. Уберите круг.
Один из самых главных ритуалов, совершаемых в Самайн, - это, конечно, разжигание священного огня. Ритуальный огонь непременно должен быть "новый", "живой", "чистый", т.е. только что добытый. Это требование к ритуальному огню существует не только у друидов, но и у большинства других народов. Все другие огни: светильники, очаги в домах, костры во дворах - должны быть погашены, чтобы вновь быть зажженными от этого нового ритуального огня. Возжигать огонь раньше огня, разведенного жрецами в очаге короля, было запрещено под страхом смерти.
Добывание нового огня производилось древнейшими способами - высеканием или трением. Считался священным и огонь, зажженный ударом молнии. Не смотря на появление более современных способов добычи огня, возжигание огня трением по-прежнему считается обязательной частью ритуала.
Наиболее распространенным и древним видом ритуального огня является, конечно, костер. Священный огонь из костра разносился по жилым домам с помощью факелов, где им разжигались очаги. Также горящие факелы обносили вокруг земельных участков и домов. Шествие с факелами вокруг деревни, вокруг полей и поселений - один из самых живучих обрядов.
Огонь может уничтожить любое зло, предохранить от колдовства, ведьм, нечистой силы. Огню и дыму ритуального костра придаются целительные свойства. Постройки окуривали дымом для очищения. Больных и детей подносили к огню, к дыму костра. Через дым костра прогоняли скот, чтобы он был здоров. Золу от священного костра ссыпали в воду, которая использовалась как целебная. Головни от костров и угольки считались оберегами от удара молнии.
В Шотландии в костер бросали кости домашних животных, клочки их шерсти, а на Шетландских и Оркнейских островах - кости рыб. Обряд этот, кроме как жертвоприношение, имеет и другое толкование - вера в продуцирующую силу огня, магия воспроизводства. Подобные обряды широко зафиксированы в плодородных ритуалах - возвращение земле части ее урожая, чтобы улучшить урожай следующего года.
Приношение жертвы носит две цели: первая - получить помощь богов (духов) или благодарение за эту помощь, вторая - оградить себя от их дурного воздействия. Это особенно касается духов умерших.
Поскольку культ умерших в большей степени развит у земледельческих народов, можно предположить, что изначально в Самайн умершим не уделялось столько внимания, поскольку древние кельты были скотоводческим народом, лишь со временем освоили земледелие, что и повлекло за собой изменения в структуре празднества.
Основным жертвенным материалом служил скот - в жертву приносилось мясо домашних животных, кровь и кости. В прибрежных районах среди жертв присутствовала так же рыба. В основном жертвы приносились с помощью огня. Но известны и более кровавые жертвоприношения, когда жертве перерезали горло или закалывали. Таков ритуал заклание ягненка, чьей кровью мазали лбы детям. Вероятно и это является пережитком более древнего ритуала, в котором в жертву приносились сами дети.
Пища делилась на два вида - обычная праздничная еда, составляющая пир, и обрядовая пища, которая была часть магического ритуала. Такая пища воспринималась не как удовольствие, нередко ее остатки сохранялись с магическими целями (обереги, исцеление, увеличение плодородия, благосостояния) целый год.
На угольях обрядовых костров выпекали ритуальный хлеб, который по поверьям, обладал особой целебной силой. Магические свойства обрядового хлеба переходили ко всем, кто получал его кусок. Все члены рода приобщались к нему, хлеб давали даже домашним животным, крошки хлеба разбрасывали по полям.
Испеченные на золе лепешки из цельных зерен - ритуальное блюдо Шотландцев. Такие же рецепты были известны в Древней Галлии.
Пекли так же хлеб из овсяной муки с отверстием посередине. Такой хлеб пастухи разбрасывали по полям, чтобы оградить скот от хищников.
Поедание пищи рассматривалось как способ защиты от нечистой силы и одновременно как путь к контакту с потусторонними сущностями. Пища так же приносилась в дар различным богам, духам, божествам, стихиям, умершим.
Часть жертвенной пищи полностью отдавалась божествам, часть - в форме причастия к божественному и сверхъестественному - поедалась людьми.
Главное место в ритуальной трапезе занимал хлеб. Месить тесто и готовить обрядовые лепешки нужно было на овечьей шкуре, обладавшей магическими свойствами оберега и плодородия.
Рыбные блюда тоже входили в ритуальную трапезу. У жителей прибрежных районов рыба была повседневной пищей, и в ритуале ей придавалось особое значение. Например жители Оркнейских и Шетландских островов приносили с собой рыбу, когда шли праздновать Самайн, чтобы год был изобильным.
За последние дни не успевала задуманного, зато много всего другого, неожиданного. Куда-то еду или иду, точно зная, что "ни славы ни денег".... А в промежутках во сне бью зеркала и молюсь. Мне снятся цветные сны, в них все похожи на меня, и я не хочу никого делить. Говорю "куда пропал? давно не виделись", а на это спрашивают "ты выйдешь за меня замуж?", и я не могу ответить ни "да" ни "нет" и на каждое есть как минимум 4 причины.
В воздухе веет Самайном. Тёмные духи и тёмные мысли вместе холодом забираются под одеяло и мешают спать.
Меня догнал очередной этап войны за независимость. В голове 17-ая или даже 16-ая осень и жажда полёта, на ногах - тяжёлые ботинки, в плейлисте - MetallicA и Blind Guardin. А мне 22... и в моём возрасте "приличные девушки уже давно замужем и с детьми". А мне - дороги, километры мерять резиной по асфальту на полном приводе или на своих двоих. Мне - в поля за дикими табунами, ловить вороного коня... в объектив.